Родня миллионов

Текст АЛЕКСАНДР ЗЕЗЮКОВ

Магнаты регионального значения могут не тратить деньги на помощь неимущим согражданам: благожелательное отношение со стороны местной власти им обеспечивают родственные и дружеские связи.
Деньги нуждаются в защите. А способ страховки собственного капитала прямо зависит от его размера. Владелец небольшого заводика опасается недобросовестных партнеров и агрессивных конкурентов. Олигарх, контролирующий целую отрасль, вынужден просчитывать помимо коммерческих еще и политические риски. Именно поэтому благотворительность, как способ налаживания хороших отношений с властью и обществом, считается одним из самых эффективных методов укрепления бизнеса. Впрочем, в провинции зачастую важно быть «сватом и кумом», и бизнес наладится сам собой.
Лучший стартовый капитал – это дружба с начальством. Власть можно легко конвертировать в деньги, даже если это прямо запрещает закон. К примеру, кто мешает чиновнику, ведающему раздачей лицензий, настоятельно рекомендовать просителю воспользоваться услугами консалтинговой фирмы, которой владеет его ближайший родственник? Доходность этого бизнеса напрямую зависит от масштаба власти, которой обладает глава подобных «семейных предприятий». И если в столице деятельность крупных чиновников хоть как-то контролируется государством, то в регионах родственник губернатора запросто может стать миллиардером. «Олигархи районного значения», разбогатевшие на родственных связях, предпочитают оставаться в тени. Им не нужна реклама, поэтому они избегают заниматься благотворительностью. Доброжелательное отношение власти гарантируется им самим фактом родства. Правда, близость к фигуре первого лица региона делает их бизнес политически уязвимым: как правило, пытаясь сместить надоевшего губернатора, Кремль обязательно «наезжает» на его богатеньких родственников.

СЫН ЗА ОТЦА
В редком российском регионе нет сегодня собственной властной «семьи». Правда, доступ к сверхприбыльному «административному ресурсу» вовсе не обязательно зависит от наличия кровного родства с главой субъекта Федерации. Зато родственник в отличие от фаворита может рассчитывать на то, что случайная ссора с покровителем не сделает его банкротом.
Пожалуй, одним из самых богатых региональных «семьянинов» можно считать сына самарского губернатора Алексея Титова. Он официальный миллионер. Свое состояние Титов нажил в финансовом секторе, будучи совладельцем банка «Солидарность». По вполне понятным причинам это кредитное учреждение плотно «работает» с администрацией области. Так, в свое время заместитель генерального прокурора Колесников даже инициировал тщательную проверку дел старшего и младшего Титовых. Поводом для нее стали данные, что часть самарских фирм незаконно выплачивает налоги векселями, а не деньгами, получая впоследствии бюджетное финансирование опять-таки дисконтными векселями титовского банка «Солидарность». Так или иначе, все экономические неурядицы банк, принадлежащий сыну губернатора, пережил без заметных потрясений.
Сыновья другого регионального руководителя, президента Чечни Ахмада Кадырова, в отличие от Алексея Титова часто появляются в новостных и аналитических телепрограммах. Считается, что они напрямую не занимаются бизнесом, сосредоточив свои силы на защите безопасности своего отца. Тем не менее, по данным из наших источников, именно семья Кадырова сегодня, видимо, контролирует такие прибыльные отрасли республиканской экономики, как нефтедобыча и строительство.
Вовсе не обязательно, чтобы дети губернаторов занимались бизнесом исключительно в границах вотчины своих отцов. Связи родителей на высшем государственном уровне открывают для «семейных» предпринимателей возможность стать топ-менеджерами крупнейших российских компаний. Возможным примером может служить карьера сына губернатора Омской области Леонида Полежаева, который занимает должность вице-президента компании «Сибнефть». Вероятно, ради сына Полежаев даже пошел против интересов региона, пролоббировав специальное постановление правительства, благодаря которому налоги нефтяников напрямую перечисляются в Москву, не задерживаясь на областном уровне, что дает Сибнефти многомиллионную экономию.

ПРИБЛИЖЕНИЕ К ВЛАСТИ
Помимо родственников наиболее успешным бизнесом обладают личные друзья региональных князей. К примеру, саратовский предприниматель Роман (Гулади) Пипия считается чуть ли не «коллективным Березовским» при губернаторе области Дмитрии Аяцкове. Хотя в рейтинге самых богатых людей региона Пипия занимает почетное четвертое место, его властному ресурсу может позавидовать любой заместитель саратовского губернатора. Приблизительный объем активов всех контролируемых им предприятий оценен в 15 миллионов долларов при суммарном обороте в 20 миллионов. В числе участников громких благотворительных акций Пипия не замечен, зато Аяцков, видимо, всегда может рассчитывать на его посильную помощь в случае трудностей с финансированием, к примеру, очередной избирательной кампании.
В отличие от Пипии, владеющего разнопрофильными предприятиями, окружение губернатора Новосибирской области Виктора Толоконского предпочитает зарабатывать в системе здравоохранения. Характер бизнеса определила профессия ближайших родственников: супруга губернатора является главным инфекционистом области, один из сыновей работает в больнице. Характерно, что именно с медициной был связан один из самых громких политических скандалов в области, разразившийся после того, как Новосибирская государственная медицинская академия в октябре 2000 года продала Гейдельбергскому институту пластинации 56 «бесхозных» человеческих тел и 440 фрагментов человеческого головного мозга для изготовления специфических скульптур.

ВОСТОК – ДЕЛО ПРИБЫЛЬНОЕ
Национальные республики всегда выделялись из общего строя субъектов Российской Федерации. Центральная власть, напуганная «парадом суверенитетов», предпочитала не вмешиваться в дела местного руководства. В результате экономика некоторых республик практически целиком попала под контроль кланов, близких к первым лицам власти.
Как заметил один из видных отечественных политологов, пример Татарстана вполне мог бы украсить собой раздел учебника истории, посвященный феодализму. По данным из наших источников, окружение президента Шаймиева контролирует сегодня около 70% всей республиканской экономики. Так, один из сыновей Бабая, Айрат, «сидит» на золотой жиле дорожного строительства, работая генеральным директором АО «Дорожный сервис». Другой сын президента, Радик, владеет крупным пакетом акций компании «Татнефть», которая контролирует большинство республиканских автозаправок. Остальные родственники татарстанского президента устроились не хуже: Радик Ильясов, зять президента по линии сестры, работает генеральным директором АО «Нижнекамскшина», Ринат Фардеев, племянник президента, является главой администрации города Заинска и Заинского района республики, а Ильшат Фардеев, тоже племянник президента, числится генеральным директором АО «Татэнерго». Два других племянника Шаймиева руководят Актанышским управлением сельхозтехники и крупнейшим в республике хлебокомбинатом.
В соседней республике Башкортостан президентский клан насчитывает чуть меньшее число участников. Сын главы республики Урал Рахимов возглавляет ОАО «Башнефтехим», племянник жены президента Азат Курманаев руководит Уралсиббанком, а остальные приближенные аккуратно распределились среди руководства предприятий нефтяной промышленности, финансовых учреждений и правоохранительных органов. Вся эта система бизнеса едва не рухнула перед последними выборами президента республики, когда в делах клана Рахимова начали копаться журналисты центральных изданий. В частности, некрасивой историей «отмывки» нефтяных доходов через байконурский офшор заинтересовалась даже Счетная палата.

ПРОЗРАЧНОЕ «ЗАВТРА»
Клановость регионального бизнеса характерна не только для России. К примеру, в соседнем Казахстане это явление, именуемое политологами трайбализмом, осложнено еще и национальными и родовыми традициями. К тому же исследователи утверждают, что в недалеком будущем региональным баронам придется сильно потесниться: Путин не собирается изменять своей решимости придерживаться курса на построение сильного, единого государства, в котором нет места удельным князьям. А крах прежних властно-предпринимательских кланов непременно скажется на жизни простых граждан: утратив защиту со стороны региональной власти, предприниматели будут вынуждены более тщательно относиться к своему имиджу, тратя часть своих доходов на социальные программы.