Считать будем в августе

Беседовал АРТЕМ СОЛАРЕВ

Леонид Тягачев не нуждается в представлениях: президент Олимпийского комитета России (ОКР), в прошлом глава Федерации горнолыжного спорта, главный тренер сборных команд России по горным лыжам, председатель Госкомитета РФ по физической культуре и туризму, еще в 16 лет получивший звание мастера спорта. Хотя мы отправились к Леониду Васильевичу говорить не только о спорте.

– Леонид Васильевич, два года уж как вы приняли Олимпийский комитет в свои руки. Время подводить первые итоги. Давайте без ложной скромности: какие достижения, успехи на посту президента ОКР наиболее дороги?
– На мой взгляд, достижения – это слово, более подходящее спортсменам, касающееся их результатов. А мы в свою очередь должны заботиться об обеспечении этих достижений. В этом свете, думаю, нелишним будет упомянуть о том, что с 2001 года наш комитет занят созданием своего рода олимпийской семьи России, в которую наряду с тренерами и спортсменами входят наши партнеры. Это представители крупных структур бизнеса, в частности Газпром, ЛУКОЙЛ, Сбербанк, «Боско ди Чильеджи» и другие. Перед играми в Солт-Лейк-Сити таковых насчитывалось более двадцати! Необходимо подчеркнуть, что Олимпийский комитет не берет деньги из бюджета, из казны, а привлекает их, что называется, со стороны, таким образом не используя государственные ресурсы. Кроме того, это не просто спонсорские отношения, а скорее партнерские, поскольку наши бизнесмены и топ-менеджеры понимают, что причастность к олимпийскому спорту в России является некоторого рода брендом. Это одно из ведущих мест в мире, это звезды. Поэтому использование ЛУКОЙЛом нашего товарного знака на упаковке своих моторных масел помогает им продвигать свой продукт.
За этот год авторитет, престиж, нашего большого спорта несомненно вырос. Уже в течение полутора лет ведущие спортсмены получают президентские стипендии: кандидат в олимпийскую команду, к примеру, получает 15 тысяч рублей. Чем не поддержка? Впрочем, деньги получают и все наши олимпийские чемпионы, но это уже называется не стипендией, а пенсией. Это люди, которые внесли вклад в развитие отечественного спорта, которые работали на честь флага. Это активный союз спортсменов, возглавляемый олимпийской чемпионкой Галиной Гороховой; они продолжают работать, встречаются с юными спортсменами и выезжают на спортивные праздники. С помощью ОКР оживляется производство спортивных товаров. Состоится выставка «Спорт и бизнес», участниками которой будут не только продавцы и дилеры зарубежной продукции, но и наши производители. Не без нашего участия учрежден национальный спортивный канал. Мы пытаемся помогать и другому спортивному каналу, 7ТВ.
– В свое время вы были личным тренером президента России Владимира Путина…
– Это не совсем верно. Дело в том, что Владимир Путин давно занимается горными лыжами. И так получилось, что, когда он работал в ФСБ, а я был министром спорта, наши интересы совпали.
Я был признан лучшим тренером мира по горным лыжам, тренировал национальную команду в начале 1980-х. А что касается Владимира Владимировича, то я его инструктировал, помогал, давал советы как профессионал. Он, кстати говоря, отличается по-настоящему спортивным подходом: постоянно совершенствуется, его класс как горнолыжника непрерывно растет. Освобождается Владимир Владимирович поздно, однако это не мешает ему приехать на горнолыжную базу, на которой он иногда катается за полночь, по нескольку часов. Старается освоить все технические приемы. То же самое касается и дзюдо – ведь для него это не показуха, не пиар, а страсть, настоящий спорт. У Путина жесткий режим дня, встает он рано: поддерживает себя в великолепной форме. Некоторые даже говорят, что при желании он мог бы войти в сборную команду России по дзюдо.
Проще говоря, спортивность – одна из его отличительных черт, которая предполагает выносливость, совершенствование и волю к победе.
– Президент попробовал «на зуб» те горнолыжные базы Узбекистана, которые были построены при вашем непосредственном участии (Чимган, Бельдерсай)? Не заметили его впечатления?
– Отвечу так: когда Путин находится в командировках, все свое свободное время – а его в таких ситуациях крайне мало – он использует на т.н. активный отдых. В частности, если поблизости есть горнолыжные трассы, будьте уверены, он туда заглянет.
– Судя по ответу, за два года на высоком посту вы смогли блестяще одолеть сложную науку общения с журналистами. А вот не могли бы вы прояснить вопрос относительно ваших отношений с Вячеславом Фетисовым: вы друзья или недруги?
– Мы с Фетисовым знаем друг друга уже не один десяток лет, я и его безусловно уважаю как великого спортсмена, двукратного олимпийского чемпиона, как человека, поддерживающего наш авторитет в НХЛ, как тренера. Я рекомендовал его как спортивного министра. Мы часто дискутируем, спорим, поскольку российский спорт по-прежнему находится в процессе развития, и это достаточно сложная сфера. Когда предлагаются кардинальные структурные изменения, лично я выступаю против. Но чаще всего мы приходим к компромиссным, оптимальным решениям.
– Более чем политкорректно. А как вы прокомментируете слухи о том, что подписано соглашение между ОКР и банком «Кредиттраст», а вы назначены председателем совета директоров этого банка?
– Начнем с того, что Кредиттраст не является официальным партнером Олимпийского комитета. У нас, среди банковских структур, это все-таки Сбербанк. А поскольку ОКР является не государственной, а общественной организацией, любой наш сотрудник фактически может занимать какой-либо пост и в любой другой организации или компании. Таким образом, мне ничего не мешает являться почетным председателем совета директоров, тем более что это нештатная, своего рода статусная работа. Что касается непосредственно Кредиттраста, то этот банк взял на себя определенные обязательства перед нашим спортом. Они разрабатывают программы по строительству спортивных площадок в Москве и Московской области, программу оказания помощи по обеспечению баз олимпийской подготовки медицинским оборудованием.
– Складывается впечатление, что вы пытаетесь объять необъятное. Что помогает справляться с такой нагрузкой, пресловутый здоровый образ жизни?
– Здоровый образ жизни – это прежде всего мышление. Мышление оптимистическое, творческое. Несмотря на все сложности, с которыми приходится сталкиваться каждому человеку, нужно все-таки радоваться жизни, а спорт, замечу, непременный ингредиент здорового образа жизни. Согласитесь, ведь есть больные люди, прикованные к постели, и тем не менее мы знаем примеры, когда они находили возможность заниматься физическими упражнениями, что помогало им встать на ноги.
Знаю: очень трудно найти возможность нагружать себя в физическом смысле. Но все-таки желательно избавиться от вредных привычек, к примеру от такой, как курение. В ОКР практически нет курящих. Да и запаха алкоголя вы здесь не учуете даже в праздники. Грамотные люди уже поняли, что изречение «Веселье на Руси есть питие» благополучно пережито, благо русские свои танкеры водки уже выпили. Пора бы перейти хотя бы к ограничению.
– Однако не секрет, что многие выдающиеся спортсмены позволяют себе выкурить сигарету и пропустить бокальчик-другой вина или кружку-другую пива…
– Аскетизм тоже имеет право на существование, а в большом спорте всегда было такое понятие, как «режимить». Все имеет свои параметры. Бокал шампанского на Новый год или день рождения ничему не повредит. Иногда это полагается хотя бы для расслабления (естественно, в минимальных дозах!), и даже на олимпийских играх иногда устраиваются балы, где подается вино. Главное здесь – чувство меры. Это что касается алкоголя. А вот насчет курения – категорическое нет. В его защиту нет аргументов, в спорте оно абсолютно неприемлемо.
Спортивная форма человека – это его благополучие, материальное, общественное, и поэтому никто не позволит себе испортить подготовку или навредить перед стартом какой-то пьянкой. Хотя раньше после того, как спортсмены покидали гостиницы, из пустых номеров вывозили тележками тару. Тележками! Сейчас такого нет. Спортсмены стали блюсти себя, благо знают, что малейшая слабость может привести к потере рейтинга, медали, а значит, и денег. А за этим может последовать и закат карьеры, иногда так, по сути, и не начавшейся.
– Спортивный гений, как и любой другой, с детства куется. Для страны это сейчас больной вопрос. Какие приоритеты вы бы выделили в развитии детского спорта?
– Конечно же, в первую очередь мой любимый горнолыжный спорт, который почему-то считают элитным. Да, инвентарь, конечно же, стоит недешево. Лыжная экипировка дороже, чем плавки или баскетбольный мяч, но вместе с тем у нас в стране длинная зима, а в деревнях и поселках зимний сезон длится 7 – 8 месяцев, во время которого большинство детворы предпочитают кататься с горок. Поэтому, если у нас делались раньше катки, ребята туда приходили не в последнюю очередь потому, что там было комфортно. Имелась хотя бы теплая раздевалка. В данном вопросе нужна и государственная поддержка, но в большей мере, конечно, сейчас могли бы помогать спонсоры и меценаты. А у нас меценатство имеет, прямо скажем, странную такую конфигурацию. Некоторые строят храмы (и слава Богу), дают деньги на какие-то культурные программы, спонсируют звезд шоу-бизнеса. А шоу-бизнес все-таки много средств потребляет, и не всегда оправданно. Кому-то нравится быть причастным к творчеству какой-либо певицы или исполнителя, но с социальной, гражданственной точки зрения это не самое лучшее решение. Мне кажется, что главное на сегодняшний день – это здоровье детей. Развитие детского спорта прежде всего требует создания необходимых условий для ребят. Будут условия, ребенок будет заниматься. Будет нормальный бассейн, прилично оборудованный спортзал, будет площадка, которая манит одним своим видом, – нам не нужно будет кого-либо туда звать, дети пойдут сами.
– У вас, кстати, как и у Владимира Путина, две дочери. Хватает ли вам при вашей занятости времени на то, чтобы уделить им внимание, вместе отдохнуть, сыграть в теннис?..
– Ну, во-первых, мы живем все вместе, в одном доме – знаете, такое семейное гнездо, в моем родном Деденеве. Они все время рядом, внучки уже катаются на лыжах с горок там же, в Деденеве. Я нахожусь в кругу семьи постоянно, меня там любят и всегда ждут.
Понимаете, в этом месте еще сохранился патриархальный уклад. Ведь большие города, к сожалению, разъединяют людей. А условия жизни в деревне заставляют жить теснее, дружнее. Так что моя семья – это не только мои самые близкие люди: жена, дочери, внучки, но, пожалуй, и все жители Деденева.
– О вашей спортивной семье в «высоких кругах» буквально ходят легенды…
– Да вся наша семья буквально помешана на спорте, она им живет, – конечно, в хорошем смысле, без экстремизма, без фанатизма. Мы, например, зимой каждые выходные уделяем несколько часов все тем же горным лыжам.
– Среди ваших хобби – охота и рыбалка. А еще говорят, что часто вам составляет компанию сам Путин…
– Увы, что на охоту, что на рыбалку времени практически нет. Только если подвернется командировка в какое-нибудь экзотическое место, например в Сибирь (улыбается). Но это случается редко. Да и трофеев особых у меня пока нет. А что касается президента… Нет, так получилось, что на охоте мы пока вместе не были.
– Оглядываясь назад, мы часто думаем о том, что что-то можно было сделать по-другому – лучше или не делать вообще... Будь у вас такая возможность что-то изменить в своем прошлом, что бы вы изменили и в каких ситуациях поступили бы по-другому?
– Вряд ли бы я что-либо хотел изменить. Конечно, были какие-то промашки, какие-то ошибки. А у кого их не было?.. Все это неизбежно встречается на жизненном пути. Возможно, надо было быть более настойчивым, отстаивая интересы наших спортсменов… Сложно было в Солт-Лейк-Сити, но, несмотря на то что было очень много критики в адрес спортивного руководства нашей страны, все было правильно. Просто на нас «слегка» надавили, причем со всех сторон. Форсмажорные обстоятельства там возникали постоянно. Ведь американское общество так устроено, что они любят и принимают своих героев любыми. Поэтому, когда речь шла о второй золотой медали, то по спортивным показателям чемпионы были одни – наши ребята. Тем не менее болельщики подняли бучу, и мы вынуждены были в конце концов согласиться. Конечно, нужно было четче организовать работу наших антидопинговых подразделений. Я до конца не уверен, по справедливости ли были наказаны наши лыжницы, которых в результате лишили медалей. Однако мы подчиняемся Олимпийской хартии, которая предписывает, что решение арбитражного суда является последней для нас инстанцией. Другого выхода не было…
Но, мне кажется, этот опыт пошел нам на пользу. Это обязало нас более жестко организовать свои антидопинговые меры; было создано управление, юридическое обеспечение; создали свой суд, спортивный, арбитражный; очень большое внимание уделяем правовому обеспечению, созданию защитного юридического механизма.
– А вот интересно, как вы относитесь к модным нынче прыжкам с парашюта, разным боям без правил и экстремальным автогонкам?..
– На мой взгляд, все, что расширяет возможности человека для проявления собственных качеств, амбиций, безусловно позитивно, хотя к некоторым видам спорта или околоспортивным мероприятиям следует относиться с известной осторожностью. Не слишком ли много они добавляют риска, не слишком ли они опасны?.. Есть же увлечения, которые приносят массу травм. К примеру, бои без правил… Лично мне не нравится само название – «без правил». Ведь это включает в себя и такой пункт, как «без правил техники безопасности», а это нельзя рекомендовать для массового спорта. Хотя сторонники подобного вида спорта даже предлагают ввести эти бои в олимпийскую программу. Впрочем, маловероятно, что это произойдет. Мне кажется, что не следует подвергать себя излишней опасности и неоправданному риску, особенно если это касается массовости. Если ты один, сам по себе, то у тебя есть полное право забраться, к примеру, на Эйфелеву башню без всякой страховки. Это твоя жизнь, твой собственный риск. Но никто не вправе из-за своей собственной бездумной рисковости, или безрассудства, рисковать жизнями других людей.
– Да, но езда по Москве в последнее время чуть ли не самый экстремальный вид спорта. Вы сами как передвигаетесь по городу, не на метро же? Хотя теперь и метро…
– Если бы я ездил на общественном транспорте, то вряд ли бы успел сделать за день все, что намечено. Поэтому несмотря на пробки передвигаюсь на автомобиле… Автомобиле с мигалкой, из чего не делаю никакого секрета. А что касается общественного транспорта, то я пользуюсь им достаточно редко, хотя и не избегаю поездок в том же метро. А еще хотелось бы попросить ваших читателей, чтобы нас все поддерживали с 13 по 29 августа. Эта поддержка нужна и важна для нас и наших спортсменов. Хотелось бы, чтобы журналисты также поддерживали своих, не вносили сумятицы, не судили наших ребят прежде времени. Особенно нам будет тяжело в первую половину олимпийской программы, когда виды состязаний будут явно не «нашими», и, увы, мы наверняка будем отставать. Тут важно не поднимать ненужного ажиотажа, не настраивать общественность против нас, а проявить терпимость и понимание. И тогда к 29 августа мы достигнем запланированных целей, хотя предсказывать будущее я, конечно, не берусь.