Премьера без репетиций

Беседовал ВАСИЛИЙ ВАНЬКОВ

Главным открытием политического сезона 2004 года, скорее всего, станет сам президент Путин. Оказывается, глава государства умеет не только мастерски держать паузу, но и удивлять своих избирателей неожиданными кадровыми перестановками. О возможных причинах и прогнозируемых последствиях назначения нового премьера Фрадкова нам рассказал известный политолог Владимир ПРИБЫЛОВСКИЙ, президент информационно-исследовательского центра «Панорама».

– Предсказуемость президента ушла в прошлое. Теперь российским правительством управляет человек совершенно незнакомый широкой публике. Какими же мотивами руководствовался Путин, принимая решение о назначении Михаила Фрадкова?
– Первая официальная версия отставки Касьянова выглядела вполне правдоподобно: президент сказал, что хочет показать стране если не программу, которую все равно никто читать не будет, то, по крайней мере, лицо нового правительства. Впоследствии Путин имел бы полное основание переложить всю ответственность за возможные неудачи на правительство: мол, это был не только его выбор, но и выбор самих избирателей. Правда, по мере того, как пауза с оглашением имени премьера затягивалась, президентская версия становилась все менее убедительной. Сейчас я все больше склоняюсь к предположению, что этот шаг был частью серии PR – акций, которые должны хоть как-то оживить рутину предвыборной кампании, грозящей стать самой скучной за все постсоветское время. Достаточно вспомнить целую серию событий, происшедших в последнее время: убийство одиозных чеченских боевиков Яндарбиева и Гелаева, присутствие Путина на военно-морских учениях и широковещательное заявление о разработке новейшего комплекса межконтинентальных баллистических ракет. В этом же ряду и целая неделя с «провисшим» правительством без премьера. Все делается, скорее всего, для того, чтобы подогреть интерес к выборам и фигуре самого Владимира Владимировича.
– То есть решение о его назначении не было спонтанным?
– Спонтанным могла быть отставка Касьянова. Фрадкова же планировали на премьера, по крайней мере, в течение последнего года. Это как минимум. А может, и с 2001 года, когда эта информация впервые прорвалась на сайт АПН. Ну и уж точно, он уже несколько лет находится на заметке у Путина.
Безусловно, Фрадков вряд ли послужит генератором идей. Еще менее вероятно, что он станет самостоятельной политической фигурой. Он в первую очередь очень надежный и добросовестный исполнитель, не имеющий больших политических амбиций. Кроме того, он «человек команды», а значит, им можно управлять. Не стоит забывать и об одном интересном факте из его биографии. Фрадков, заняв в 1992 году должность замминистра внешнеэкономических связей (начальником его был тогда Авен), очень плотно по долгу службы контактировал с Путиным, который тогда возглавлял комитет по внешнеэкономическим связям Санкт-Петербургской мэрии. Судя по всему, между ними уже тогда установился хороший межличностный контакт. С тех пор Путин держал его в своем «кадровом резерве»: вот есть такой человек, на которого можно положиться. Здесь я не согласен с теми экспертами, которые утверждают, что Фрадков – креатура Сергея Иванова. Наоборот, именно Путин в свое время поставил Фрадкова к новичку Иванову в Совет безопасности.
Наконец, известно еще одно любопытное качество Фрадкова. Он честен, насколько это вообще возможно для представителя правящих кругов. Известно, что на предыдущей своей работе в качестве главного налогового инспектора ему практически невозможно было дать взятку… В ушедшем в отставку кабинете с полной уверенностью такое можно было сказать только про Кудрина. Наверное, именно поэтому новый премьер недавно удостоился крайне нелицеприятного отзыва от Жириновского.
– Можно ли в таком случае сравнить назначение Фрадкова с приглашением тренера-иностранца в тот же «Спартак»? Российская публичная политика испытывает острый кадровый голод?
– Конечно. Интеллектуальный кадровый голод, без сомнения, существует. Особенно это заметно в «чекистской группировке». В то же время назвать Фрадкова специалистом из-за рубежа нельзя, поскольку за границей он находился только в течение последнего года, представляя Россию в Еврокомиссии. Осведомленные люди из окружения президента еще в 2001 году предсказывали, что Фрадков может быть следующим премьером после Касьянова. А в Европу его отправили для того, чтобы он там «засветился» и приобрел некоторый европейский лоск. Во многом это был важный ход, сработавший на его имидж, что сделало его кандидатуру приемлемой для общественного мнения на Западе. Общественное мнение в самой России никого, конечно, не волновало.
Если говорить совсем точно, новому главе правительства важна поддержка, условно говоря, Буша, Ширака и Шредера. Наш президент по ключевым назначениям вынужден учитывать реакцию западного гражданского общества. Фрадкова показали европейскому истеблишменту, сказав тем самым: «Вы, наверное, знаете о его «чекистском» прошлом. Но, посмотрите, он на двух языках говорит, приятно улыбается, толково рассуждает. В общем, его не стыдно показать на людях».
– А почему Путин не назначил на пост премьер-министра Бориса Грызлова, лидера победившей «партии власти», реализовав популярную еще вчера идею «правительство парламентского большинства»?
– Существуют, на мой взгляд, две основные причины. Во-первых, не хотелось пугать Запад. Там Грызлова воспринимают как «силовика», инструмент управления «Единой Россией» со стороны «чекистской группировки». Конечно, он пытался какое-то время выдавать себя за бывшего инженера. Но ведь известно, где конкретно он там состоял – в «первом отделе». Был вместе с «чекистом» Виктором Ивановым соучредителем ряда коммерческих организаций в Питере. С ним же учился в одном институте и состоял в одной комсомольской ячейке. С Патрушевым в школе сидел за одной партой. В общем, связь слишком очевидная, чтобы остаться незамеченной. Запад бы просто содрогнулся от такого главы правительства.
Вторая причина в результатах профессиональной деятельности Грызлова: ряд заданий, которые ему поручали, он проваливал. Несколько лет назад ему поручили провести в губернаторы Ленинградской области Зубкова – не справился. На посту министра внутренних дел тоже неудача: пресловутых «оборотней в погонах» пришлось отпустить. То же самое и с Сергеем Ивановым, которого также прочили в преемники Касьянова. Может, Иванов более талантливый управленец, но статус «силовика» делает его кандидатуру абсолютно неприемлемой для Запада. С другой стороны, особых успехов на своем поприще военного министра он тоже не добился: самолеты падают, подводные лодки тонут, ракеты не взлетают.
– А может ли Фрадков со временем вступить в «Единую Россию», о чем уже сейчас пошли разговоры?
– Все будет зависеть от президента: если он захочет, Фрадков, наверное, вступит. Встретится с ним Путин в приватной обстановке и скажет: «Вступи-ка, Михаил Ефимович, в «Единую Россию». Мне нужно правительство парламентского большинства». Например, того же Жукова в свое время чуть ли не силой загнали в ЕР, по настоятельной просьбе Лужкова. Сам же он предпочитал быть независимым политиком.
– Те российские политики, кого прочили в премьеры, наверное, уже успели сформировать свою команду, своего рода теневой кабинет?
– Я думаю, что если такие кабинеты и существовали, то исключительно в головах самих претендентов. Подобные инициативы со стороны действующих политиков были бы проявлением откровенной нелояльности по отношению к Путину. Российские спецслужбы достаточно хорошо справляются со своими обязанностями, и проводить какие-либо консультации насчет теневого кабинета или даже просто высказывать свои соображения по этому поводу может быть небезопасно. В нашей стране тот, кто начал формировать кабинет без соответствующей санкции президента, никогда не станет премьер-министром. Может быть, наши «органы», которые теперь находятся у власти, плохо справляются с чеченскими террористами, поскольку это другая профессия, зато грамотно следить за своими и вовремя докладывать президенту они умеют.
– Значит, правительство Фрадкова не станет командой единомышленников, объединенных сильной фигурой премьера?
– Наше правительство, по сути, только отражение настоящего центра принятия решений, коим, безусловно, является Администрация президента. А поскольку сама администрация сейчас представляет собой некий конгломерат противоборствующих группировок, то это непременно скажется и на персональном составе правительства. Каждый олигархический клан будет стараться провести своего кандидата на ключевые правительственные посты. Таким образом, в правительстве будут представители «чекистов», «питерских юристов», «мэрии». Вообще, можно говорить о том, что и «Единая Россия», став своего рода коллективным инструментом правящей олигархии, распалась на несколько группировок. В ней, в частности, сильны позиции Лужкова. Все знают, что тот же Жуков, ставший первым вице-премьером, настолько предан Лужкову, что, будучи либералом по своим убеждениям, всегда поддерживает законопроекты, лоббируемые мэром Москвы, даже если они по содержанию откровенно антилиберальны. Есть только определенные сомнения относительно того, что в структуру правительства удастся делегировать своих людей той элитной группировке, которая широко известна как «семейные». Путин недвусмысленно демонстрирует свое намерение окончательно выйти из-под контроля доставшейся ему в наследство от Ельцина политической семьи.
– Если состав правительства определился неким компромиссом, то что можно сказать о личности самого премьера?
– Да, можно сказать, что Фрадков олицетворяет некий баланс между тремя основными «питерскими» группировками во власти. К числу последних я отношу «питерских чекистов» В. Иванова, И. Сечина, С. Иванова, Б. Грызлова, Н. Патрушева, хотя не все они родом из Петербурга. Другая группировка – «питерские экономисты» А. Чубайс, А. Кудрин, С. Игнатьев, М. Дмитриев, А. Улюкаев. Здесь мы тоже видим, что ядро этой группы имеет питерское происхождение, другая же часть не имеет к этому городу прямого отношения. Совсем недавно появилась новая группировка – «питерские юристы» – Д. Медведев, Д. Козак, С. Миронов. Так вот, несмотря на свой в целом компромиссный статус, Фрадков генетически ближе к «чекистам», хотя и не входит в ядро этой группировки. И принадлежит к ней скорее по роду предыдущей службы. Наиболее верное слово для обозначения его отношения к «чекистам» – примыкает, потому что сказать «входит» было бы преувеличением.
– А как долго сможет просуществовать кабинет Фрадкова?
– Банально, но очень многое будет зависеть от цен на нефть. По последнему прогнозу, резкое падение произойдет около 2006 года. Соответственно обрушится и сырьевая российская экономика. Вот за крах экономики Фрадков и ответит. И в этом смысле он является своего рода камикадзе. Вторая угроза – это непопулярная в народе реформа ЖКХ, проводить которую ему так или иначе придется. Но, если ситуация останется под контролем, то, может быть, его оставят. Вообще, Фрадков находится в двойственной ситуации. С одной стороны, это человек верный и надежный. И в то же время не настолько «свой» для президента, чтобы было жалко его «спалить».