Черная метка для Глазьева

Текст ПАВЕЛ КОВРИГИН

Поговаривают, что близкий к клану «питерских юристов» Медведева – Козака Валерий Назаров получил свой новый пост, дабы уравновесить группировку кремлевских «чекистов». Возможно, определенная правда в этом и есть, однако гораздо вероятнее, что продвижение Назарова связано с грядущими президентскими выборами. Когда Владимир Путин назначил главу петербургского Комитета по управлению городским имуществом (КУГИ) Валерия Назарова начальником своего Главного контрольного управления в ранге заместителя главы Администрации президента, многие сначала сочли это хитроумным ходом для поддержания внутрикремлевского баланса. Но тут же стали просачиваться и другие версии. Во всяком случае здесь есть о чем подумать.

ЯВЛЕНИЕ ЭСТОНСКОГО ГОСТЯ
Отнести Назарова к «питерским юристам» невозможно, по крайней мере, по трем обстоятельствам. Он не родился в Ленинграде, не оканчивал юрфак местного университета и вообще появился на невских берегах лишь в 1994 году. До этого уроженец Тамбовщины сперва получил диплом в Таллинском мореходном училище, а затем почти двадцать лет трудился в эстонском комсомоле и тамошнем Министерстве связи. К «северной столице» он имел некоторое отношение лишь благодаря учебе в Ленинградском электротехническом институте имени Бонч-Бруевича, а потом в Институте государственной службы Северо-Западного кадрового центра.
По имеющимся данным, Назаров, когда его место понадобилось для представителя коренной национальности, сумел перебраться в Питер благодаря «связным» знакомствам. Якобы особую роль здесь сыграли давние контакты с начальником ленинградской телефонной сети Валерием Яшиным и его заместителем по работе с иногородними коллегами Леонидом Рейманом. Хотя на тот момент Яшин еще не возглавлял ОАО «Связьинвест», а Рейман не стал министром связи, оба они имели весьма дружественные отношения с влиятельным вице-мэром Путиным. Ну а тому в тот момент как раз нужны были люди для продвижения в жилищную сферу, которую усиленно подгребал под себя другой зам мэра – Владимир Яковлев.
В результате Назаров был назначен заместителем генерального директора городского жилищного агентства, а в 1995-м получил должность главы городского бюро регистрации прав на недвижимость. Одновременно Валерий Львович переселился в уютную квартиру в центре города. Хотя к малоимущим Назарова отнести было трудно, да и новая должность явно располагала к повышению материального уровня, жилплощадь, если верить питерской прессе, досталась по цене в пять раз ниже рыночной. Как сообщали журналисты, Назаров получил возможность приобрести квартиру на столь льготных условиях согласно официальному распоряжению Собчака.
В то же время пришелец из Таллина регулярно демонстрировал изрядную политическую гибкость, сумев наладить конструктивную работу как с Путиным, так и с Яковлевым. 12 октября 1999 года по решению Мингосимущества Валерий Львович возглавил петербургский КУГИ. До этого момента должность традиционно занималась ставленниками Чубайса. Однако, перейдя в РАО ЕЭС, Анатолий Борисович утратил определенную часть позиций в правительстве, в то время как ставший премьер-министром Путин, напротив, их радикально усилил. Оценив исполнительного чиновника за два года совместной работы, Владимир Владимирович, похоже, решил не упускать его из виду.

ПРИВАТИЗАЦИЯ ПО-ЯКОВЛЕВСКИ
В отличие от своих предшественников Маневича, Грефа и Лихачева Назаров был полностью лоялен к губернатору Яковлеву и никогда с ним не конфликтовал. В то же время, занимаясь приватизацией и вопросами льготной оплаты за использование городских зданий, Валерий Львович зачастую выступал с позиций подчас настолько правых, что подвергался нападкам даже со стороны городских депутатов от СПС.
Так случилось, в частности, с проблемой многочисленных творческих организаций, размещенных в центре Петербурга, а также книжных магазинов на Невском проспекте. Назаров выступал категорическим сторонником лишения «творческих» арендаторов всех льгот (что неминуемо привело бы к их выселению и замене на что-нибудь более платежеспособное – типа казино). Тогда как некоторые правые, собрав голоса недобитой реформаторами интеллигенции, стали ее защищать от властей.
В других случаях, как это произошло во время конфликта вокруг петербургского зоопарка, оппозиционные Смольному депутаты выступали против Назарова, чтобы досадить ненавистному Яковлеву. Поэтому постоянно «наезжала» на КУГИ и Контрольно-счетная палата Петербурга, и Счетная палата РФ, и Северо-Западная окружная инспекция того самого Главного контрольного управления Администрации президента, которое Назаров сейчас возглавил. Проверка ГКУ выявила, что КУГИ крайне неудачно занимается взысканием задолженности по арендной плате, добившись удовлетворения всего лишь 8% поданных исков. Кроме того, выяснилось, что то ли из-за благодушия, то ли из-за предварительно проплаченного бездействия чиновников многие арендаторы практически открыто нарушают договоры по использованию зданий. Любимым нарушением здесь являлась сдача помещений в субаренду с присвоением доходов, отчего город регулярно недосчитывался изрядных средств. Еще более либерально относилось руководство КУГИ к объектам, пользующимся особой любовью губернатора Яковлева, вроде знаменитого «Ледового дворца». Когда было подсчитано, что «навороченный» стадион, прозванный в народе «летающая тарелка», приносит одни убытки, КУГИ фактически саботировал решение вопроса. В частности, Сбербанку, которому владелец стадиона ОАО «Дворец спорта» задолжал 433 миллиона рублей, предложили простить аналогичную сумму арендной платы за использование площадей под сберкассы. В ответ комитет забирал себе долг Дворца спорта, и, так как все его акции принадлежали городу, Петербург получил блестящую возможность взыскать должок с самого себя – то есть из карманов налогоплательщиков.
Иными словами, занимаясь проблемами городского имущества, Валерий Львович мог быть одновременно свирепее волка и безобиднее ягненка. Все зависело от того, насколько его тогдашний шеф был заинтересован в объекте, оказавшемся в ведении комитета. К счастью, Владимир Анатольевич не имел в Петербурге и половины той власти, которой располагают в своих вотчинах Муртаза Рахимов или Кирсан Илюмжинов. В противном случае сидел бы Питер сейчас и без Дома книги на Невском, и без зоопарка у станции метро «Горьковская». Председатель Счетной палаты Сергей Степашин пришел в ужас, узнав подробности продажи городской администрацией гранд-отеля «Европа». Рыночная стоимость гостиничного комплекса, по данным Петербургской оценочной компании, составляла 2,2 миллиарда долларов, но почти половина акций была продана швейцарской фирме GHE Holding AG за 32,9 миллиона рублей! Отчего у многих наблюдателей возникли вполне обоснованные подозрения о полученном кое-кем изрядном «откате». И хотя не слишком строптивый Арбитражный суд Петербурга признал сделку законной, главный «счетовод» стоял на своем и направил материалы проверки в Генеральную прокуратуру.

ВЗЛЕТ ПЕРЕД ПРОПАСТЬЮ
После добровольно-принудительного ухода Яковлева в Москву административная карьера Назарова казалась законченной, и с приходом в Смольный Валентины Матвиенко он немедленно покинул городское правительство. Еще раньше по городу пошли слухи, что прокуратура вот-вот проявит к главе КУГИ не меньший интерес, чем контрольно-счетные органы, как уже случилось с четырьмя его коллегами по петербургской администрации. Ждать помощи было неоткуда.
Однако внезапно тучи рассеялись. Прокуроры сразу же после отставки яковлевской администрации резко потеряли интерес к ее возможным злоупотреблениям. Одновременно в Кремле после исчерпания лубянских кадров обострился дефицит грамотных и надежных исполнителей, готовых без колебаний выполнить любое поручение руководства. Последним аргументом для вознесения Назарова стало изменение политического расклада после недавних парламентских выборов.
Лидер «Родины» Сергей Глазьев, рассматриваемый в Кремле как чисто техническое средство подрыва неприятной связки Зюганов – Ходорковский, внезапно вообразил, что успех блока на выборах достигнут исключительно благодаря его могучей харизме. Несмотря на завершение избирательной кампании, Сергей Юрьевич продолжал выступать с резкими заявлениями и даже лично рванул в президенты, хотя «Родина» выдвинула в технические конкуренты Путина пожилого и безвредного Геращенко.
При отсутствии финансирования на подобную фронду можно было бы не обращать внимания, но, судя по всему, с деньгами у Глазьева как раз проблем не ожидается. Вошедший во фракцию «Родины» «красный олигарх» и хозяин петербургского порта Виталий Южилин незадолго до успешного прохода в Думу возглавил Ассоциацию морских портов России, тем самым изрядно повысив свой статус. И хотя связка Глазьев – Южилин не могла рассчитывать на успех в марте нынешнего года, результат, гарантирующий Сергею Юрьевичу статус основного оппозиционного кандидата на следующих президентских выборах, достигался достаточно уверенно. Что не могло не раздражать ряд известных политиков, имеющих на 2008 год совсем иные виды.
Вот тут-то и пригодился Валерий Львович. Его воистину титанические стремления по противодействию переходу петербургского порта в руки южилинской Nasdor Incorporeited Ltd были достаточно известны в Кремле, и назначение подобного человека в ГКУ оказалось весьма кстати.
С одной стороны, оно уравновешивало усиление Глазьева – Южилина, получивших в лице Назарова своеобразную черную метку. С другой – не усиливало при этом ни одну из «чекистских» групп, ни «питерских юристов». Поставив на ответственную должность весьма зависимого от себя человека, не имеющего прочной опоры в Москве (Яковлев сейчас не фигура, как и давно отдалившиеся от Назарова Рейман с Яшиным), Владимир Владимирович сделал еще один шаг к ослаблению влияния окружающих его кланов.