Газовая атака

Текст ГРИГОРИЙ БЕЛИКОВ

Парадоксально, но факт: сам Газпром сегодня на мировом рынке газом не торгует. Вместо него поставками российского газа на зарубежный рынок занимается Газэкспорт: деятельность «дочки» приносит Газпрому львиную долю всей его прибыли (около 80%). Роль этой малоизвестной фирмы в судьбе российских реформ трудно переоценить: формируя валютную выручку Газпрома, эта компания позволяет российскому газовому гиганту перечислять государству миллионы долларов в качестве бюджетных платежей. Вот только стране своеобразная независимость продавцов отечественного газа обходится довольно дорого.

ИСТОРИЯ ГАЗОВОЙ НЕЗАВИСИМОСТИ
Корпоративная иерархия формируется по довольно простому принципу: наверху всегда тот, кто распоряжается деньгами.Внешнеторговое предприятие «Газэкспорт», будучи основным источником финансовых поступлений Газпрома, стал своеобразным ключиком к сложному механизму власти в этой гигантской корпорации. Нет ничего удивительного в том, что среди высшего руководства Газпрома идет многолетняя война за право «порулить» доходным бизнесом. Известно меткое выражение бывшего газпромовского начальника Рема Вяхирева: «Кто назначает руководителя "Газэкспорта", тот и контролирует Газпром».
При этом, как считают специалисты, потери казны в результате «политической» нестабильности гиганта отечественной экономики могут составить бюджет небольшой африканской страны.

ПРОВЕРКА СЧЕТА
На первый взгляд нет никакой разницы в том, кто именно из госчиновников будет контролировать экспортные газовые потоки: ведь прибыль, так или иначе, все равно попадет в общий государственный бюджетный карман. Вопрос состоит лишь в степени профессионализма конкретного управленца и эффективности принимаемых им решений. А с этим у менеджеров Газпрома, судя по материалам проверки СП, дело обстоит не блестяще.
Первыми тревогу по поводу состояния дел в Газпроме забили журналисты. В конце прошлого месяца в СМИ попала информация об отчете Счетной палаты РФ по результатам проверки эффективности использования средств, выделенных российским организациям для реализации международных коммерческих программ. В данном случае речь идет о зарубежных поставках природного газа по контракту с югославской компанией «ПрогресгазТрейдинг».
Газэкспорт – компания государственная. Поэтому правительство в лице Минфина дает ему деньги в соответствии с положением о финансировании «фактически выполненных работ и оказанных услуг российских экспортеров». Подобная схема экономического сотрудничества по большей части применяется во взаимоотношениях с теми небогатыми государствами, которые не способны оплатить товары и услуги российских компаний, что называется, здесь и сейчас и нуждаются в «длинных» кредитах под конкретный проект. Пока же деньги не выплачены, правительство компенсирует российским компаниям текущие расходы. А для того, чтобы не ошибиться в сумме, предусмотрен специальный коэффициент. Применяя его, можно скорректировать (уменьшить или увеличить) размер выплат на момент завершения проектных работ.
Манипуляции с этим коэффициентом в случае с контрактом Газэкспорта выглядят, мягко говоря, довольно сомнительно. Так, по мнению аудиторов СП, затраты на поставку природного газа в 2000-2001 годах составили более 164 млн. 127 тысяч рублей. А Минфин России, пересчитав эту сумму с учетом коэффициента 0,7, перечислил из федерального бюджета на счета Газпрома 347 млн. 49 тысяч рублей. В итоге газовики получили в два раза больше денег, чем им полагалось по закону.
Самое любопытное во всей этой истории состоит в том, что руководство Газэкспорта, узнав о размере назначенного Минфином коэффициента, посчитало его завышенным и официально выразило несогласие. А потом неожиданно «смирилось» с навязанной Минфином щедростью. Не понятно только, чем был вызван демарш менеджеров Газэкспорта – искренним стремлением сберечь народную копейку или чиновничьим рефлексом перестраховки?
Во всяком случае результат совместных действий государственного ведомства и государственной же компа- нии напоминал миниатюрный дефолт. В результате возникших разногласий финансовое обеспечение сделки со стороны России было заморожено. Это в свою очередь привело к тому, что поставленный газ юридически достался югославам бесплатно (правда, здесь не обошлось без очевидного ляпа со стороны Таможенного комитета, сотрудники которого проморгали нарушения в порядке оформления производимых поставок). Во что обошелся этот бардак для государственного бюджета, остается только догадываться.

ТРУБНЫЕ ЛЬГОТЫ
Если бы мухлеж с деньгами Минфина был единственным нарушением за всю историю бурной экспортной деятельности Газпрома, то эта компания выглядела бы настоящим ангелом на фоне других «естественных монополий». К сожалению, в истории газового монополиста есть и другие примеры как минимум нерачительного отношения к государственным средствам. Так, распространенным явлением стало предоставление Газэкспортом отсрочек по платежам своим зарубежным контрагентам (компаниям Румынии, Австрии, Словакии, Франции и ряда других стран). При этом подлежащие возвращению в российский бюджет средства в течение дополнительного срока обращаются в банковской системе иностранных государств, обрастая процентами. Интересно, а куда они потом деваются?
Или взять, к примеру, нашумевший проект «Голубой поток», предусматривающий прокачку российского газа в Турцию по дну Черного моря. Проект, понятное дело, коммерческий, и кроме нашего государства в нем участвует уйма частных инвесторов. Участвуя в проекте, государство дает некоторые льготы поставщикам строительного оборудования и материалов, жертвуя при этом недополученной суммой таможенных пошлин. По идее, расходы, которые несет бюджет, должны компенсироваться передачей в его собственность части акций корпорации. Однако, этого почему-то не происходит. Да и за целевым использованием ввезенных товаров (в данном случае труб) никто, включая Таможенный комитет, не занимается. По мнению аудиторов Счетной палаты, бесконтрольность уже дала возможность некоторым не в меру предприимчивым поставщикам пустить налево массу материалов и оборудования. Ведь именно так на простой русский язык переводится казенный оборот «нецелевое использование ввезенных товаров».