Башкир всея Руси

Текст МИХАИЛ РЖЕВСКИЙ

Говорят, что в стране «заговор олигархов», рвущихся к власти. Это, конечно, не совсем так – ибо олигархи у власти уже давно, а кое-кто аж с 1990 года. В данном случае я имею в виду президента Башкортостана Муртазу Рахимова, которого журнал «Культ личности» поставил в рейтинге самых богатых людей России впереди Брынцалова и Абрамовича. И ничего удивительного в этом нет, слишком уж старт был неравный. Те создавали свои империи по кирпичику, тогда как в распоряжении Муртазы Губайдулловича сразу оказалось целое республиканское здание. А дальше уж дело техники – доверить сыну задвижку Башнефти, отдать племяннику крупнейший Башкредитбанк, а самому, собственно, только и делать, что делить и властвовать. Тем более что на Востоке так принято, и, главное, Москва в этом ничего зазорного в упор не замечает. Например, Шаймиеву же никто не говорит дурного слова, хотя экономика Татарстана без его сыновей и не мыслима. Наоборот, Минтимера Шариповича такие люди, как Грызлов, Шойгу и Лужков со товарищи, приглашают в свою компанию. Без него-де единую Россию и представить нельзя.

СВЕТЛЫЙ ПУТЬ
Удачный пример другим наука, а крестьянский сын Рахимов всегда обожал учиться. В свое время Уфимского нефтяного техникума ему показалось мало, и он поступил в Уфимский же нефтяной институт, отдав ему 12 заочных лет. И не прогадал, укоренив в себе привычку к «черному золоту» на всю жизнь. Путь от простого оператора нефтеперерабатывающего завода имени ХХVII съезда КПСС до директора Рахимов проделал семимильными шагами, потому как партия, куда он вступил в тридцатилетнем возрасте, Муртазе Губайдулловичу доверяла. А тот взял да и отвернулся от нее в 1991 году. Потому, что все побежали, а он что, хуже всех? Правда, под занавес Рахимов успел занять кресло Председателя Верховного Совета Башкирии, где, видимо, сразу понял, что хан-демократ лучше хана-коммуниста.
Он всегда отличался рациональным умом,ведь даром звания «Заслуженный рационализатор» в СССР не раздавали. К примеру, в 1993 году возглавлять Верховный Совет стало уже немодным. Пока в Москве это сообразили, столько дел наворочали. А вот Муртаза Губайдулло- вич подсуетился заранее: даешь, мол, президентские выборы в суверенной республике! Тогда такая «потеха» по всему российскому Востоку катилась: Дудаев хамил федеральному центру, Илюмжинов ходил конем, Шаймиев держал Москву в напряжении: дескать, не поддержите меня, сделаю, как Дудаев. Словом, каждый крутился по-cвоему, чтобы в итоге стать «всенародным» лидером.
И только Рахимова «поголовье» подвело – вместо безоговорочного республиканского «одобрям-с» за него на первых президентских выборах в Башкирии проголосовали лишь «скромные» 64% избирателей. По сравнению с тем же Шаймиевым жалкий лепет и полная дискредитация пополам с обструкцией.
От коварного удара в спину Рахимов оправлялся целых пять лет – то есть весь первый срок. Кропотливо расставлял людей по одному ему известному принципу. Зато это быстро принесло свои плоды: теперь он в курсе всего. Вот что, к примеру, говорит по этому поводу генеральный директор АО «Башинформсвязь» Салават Гайсин: «Муртаза Губайдуллович знает о наших делах практически все. Ни один новый проект, ни одна новая идея не проходят мимо его внимания. Когда же они получают право на жизнь, строго следит за их реализацией, а если требуется, то и слегка нас подстегивает. У него на все хватает времени: его рабочий день начинается в 7.30 и заканчивается не ранее 10 вечера».
Такое трудолюбие всегда дает плоды. Совпадение это или нет, но постепенно вся оппозиционная пресса в Башкортостане заткнулась или в лучшем случае отправилась печататься за границу. Тех же, кто не понял намека, вроде радиостанции «Титан», выселяли с милицией. Позже Рахимов, ничтоже сумняшеся, отрубил в Башкортостане ОРТ и РТР – ну не нравились человеку Доренко и Сванидзе, что ж здесь такого. А так как в республике существуют, видимо, только два мнения – одно Муртазы Губайдулловича, а другое неправильное, то возражать ему априори считается дурным тоном.
Ясное дело, при таком однобоком освещении невольно подумаешь, что, кроме Рахимова, в Башкортостане больше и нет никого. Поэтому накануне вторых президентских выборов в этой республике под рукой у Бориса Николаевича оказался телефонный номер только Муртазы Губайдулловича. Как президент президенту Ельцин сказал тогда Рахимову много теплых слов. А такая поддержка дорогого стоит, особенно когда в Конституционном суде слушается дело о несоответствии избирательного процесса в Башкирии российскому законодательству. Но когда это у нас обращали внимание на нюансы? Словом, солнце Башкирии воссияло во второй раз – пуще прежнего. Единственный конкурент Рахимова остался в глубокой, мягко говоря, яме, набрав всего 8% голосов.

ПЕСНИ СВОЕГО ОТЕЧЕСТВА
В 1999 году президент Башкирии получил орден «За заслуги перед Отечеством». Высокую награду надо было оправдывать, поэтому-то Рахимов и стал отключать федеральные каналы, которые позволяли себе гадости про его «Отечество». Это сейчас он стал «медведем», а тогда политические расклады были другие. Кстати, Ельцин вручил Рахимову орден с формулировкой «за укрепление и развитие российской государственности». Видимо, требуя для Башкирии отдельного и особого статуса, Рахимов тем самым Россию укреплял. А «развитие государственности» в полной мере ощутилось, когда Муртаза Губайдуллович принялся оправдывать похищения людей в Чечне: дескать, у каждого народа свои обычаи. Резонно, может быть, поэтому сам Рахимов предпочитает жить не по законам, а по обычаям. Вот есть восточная пословица – «Сильному поклонись», и он ей неукоснительно следует. Пока чутье не подводило.
Присягнув новому российскому лидеру одним из первых, Рахимов сразу получил на руки мощный козырь. Башкирская игра в нефтяные офшоры не могла продолжаться бесконечно, слишком уж большие суммы исчезали на Байконуре. Ожидаемым неприятностям от федерального центра была противопоставлена известная формула: «Да, я сукин сын, но я ваш сукин сын». Цель одна – сохранить власть. Ради этого можно даже пересмотреть местную конституцию, сделать президентский пост декоративным и превратить Башкортостан в парламентскую республику. Мотив понятен – если уж не посадят на третий срок, то всегда можно переквалифицироваться в спикеры.
Однако, убедившись, что в Москве так и не научились считать сроки для «банановых» президентов, Рахимов взвесил «за» и «против» еще раз, заявив: «Если народ поддержит мое выдвижение, то я готов». А народу предстоит задачка не из легких – ведь на этот раз на самое высокое кресло в Башкирии претендует еще один почетный нефтяник, бывший вице-президент ЛУКойла Ралиф Сафин. От него, как от других претендентов, просто так не отмахнешься. Он, если захочет, сможет убедить электорат слушать вместо любимой Рахимовым Земфиры свою дочь Алсу. К сожалению, дите самого Муртазы Губайдулловича своего высокого предназначения пока не оправдывает. Папа ему и нефтяную задвижку Башкортостана доверил, и место в будущей Государственной Думе России прочит, а Урал Рахимов то с $3 млн. в аэропорту попадется, то в казино Монте-Карло в пух и прах проиграется.
Еще один вероятный кандидат на башкирский престол – советник руководителя исполкома «Единой России», предприниматель Сергей Веремеенко. Когда-то Рахимов говорил, что относится к нему, как к сыну. Но после того, как Веремеенко захотел управлять своим бизнесом в Башкирии самостоятельно, он автоматически превратился в пасынка. И на тебе – сюрприз! По некоторым сведениям, Веремеенко получил добро на участие в выборах от самого Грызлова, благословившего товарища по партии на лидерство в республике. И что теперь прика- жете делать Муртазе Губайдулловичу, члену высшего совета «Единой России»? Ведь солнце (хоть и с пятнами) должно быть одно, и в Башкирии это хорошо знают.