Укрощение строптивых. Российская судебная система научилась манипулировать присяжными

Верховный суд РФ отменил оправдательный приговор по делу об убийстве обозревателя "Новой газеты» Анны Политковской. Решение принималось в конце февраля этого года на основании вердикта присяжных. Дело будет рассмотрено еще раз новой коллегией заседателей. Последние громкие процессы с участием суда присяжных, сопровождавшиеся скандалами, возродили споры об этом институте правосудия.
Присяжные выносят более 20% оправдательных вердиктов, тогда как профессиональные судьи признают невиновными менее одного процента подсудимых. Вместе с тем большая часть решений "судей народа" отменяется в Верховном суде. Сами же граждане, оказавшиеся за решеткой, предпочитают вверять свою судьбу в руки присяжных. "Новые Известия" попытались разобраться, как устроен изнутри этот суд.
На прошлой неделе в Мосгорсуде коллегия присяжных заседателей признала виновным во взятке, но достойным снисхождения бывшего начальника Главного следственного управления (ГСУ) Следственного комитета при прокуратуре (СКП) РФ Дмитрия Довгия. Вынесение вердикта сопровождалось скандалом: из коллегии была выведена одна заседательница, не по собственной вине опоздавшая на заседание. Ее без всякой причины задержали на дороге сотрудники ГИБДД. По мнению адвокатов, женщина склонялась к оправданию подсудимых. В своей кассационной жалобе адвокаты бывшего высокопоставленного следователя будут говорить о необоснованности отвода.
Верховный суд, как правило, оставляет в силе обвинительные приговоры и отменяет оправдательные. Так случилось с приговором по делу об убийстве Анны Политковской. На прошлой неделе Верховный суд РФ отменил его, прислушавшись к доводам прокуроров. Они заявили, что коллегия присяжных, единогласно оправдавшая подсудимых, "пошла на поводу у адвокатов, сообщивших данные о личности фигурантов дела, и представили присяжным негативные сведения о работе следствия".
"Такова практика Верховного суда, - объяснила адвокат Анна Ставицкая. - В 2005 году мы обжаловали обвинительный вердикт Мосгорсуда по делу Игоря Сутягина. У нас были данные, что в коллегию входил бывший сотрудник спецслужб, который не сообщил об этом при отборе. К тому же он значился в списке Московского окружного военного суда и по закону не мог участвовать в процессе Мосгорсуда. Это были серьезные основания для отмены обвинительного приговора. Но, тем не менее, Верховный суд оставил его в силе. В случае с приговором по делу Анны Политковской все иначе: с точки зрения процессуальных нарушений не было серьезных оснований для отмены приговора". Процесс по обвинению ученого Игоря Сутягина в шпионаже был одним из первых с участием суда присяжных в Москве. Первую коллегию распустили. По данным адвокатов, она собиралась оправдать ученого. Вторая коллегия единогласно его осудила.
"Единогласное оправдание бывает в суде присяжных крайне редко, - говорит адвокат Виктор Паршуткин. - Это случается, как правило, когда у присяжных ярко выражены симпатии или антипатии к участникам процесса. Бывшие присяжные мне рассказывали, что, когда они смотрят на прокуроров и адвокатов, они думают: если бы я был на месте подсудимого, как бы меня этот адвокат защитил, а как бы меня этот прокурор обвинил? Они переносят ситуацию на себя. И часто симпатизируют адвокатам".
Прокурор Вера Пашковская из Генпрокуратуры РФ, которая часто поддерживает обвинение в судах присяжных, говорит, что в таких процессах работа гособвинителей - "творческий процесс". "Нам очень интересно участвовать в суде присяжных, - призналась прокурор. - Но, конечно, тогда, когда суд проходит в рамках закона, чтобы не получился бой без правил".
Виктор Паршуткин говорит, что в последнее время судебная система научилась манипулировать судом присяжных, который раньше пугал как прокуроров, так и судей, ведь они не знали, как управлять "судьями народа". И, как правило, распускали непредсказуемые коллегии. "Теперь же отработана технология профанации суда присяжных", - заверяет г-н Паршуткин. Он объясняет, что все начинается с непрозрачного отбора присяжных. По закону непрофессиональных судей отбирают путем случайной выборки из списков избирателей, и потом эти перечни передаются в Мосгорсуд и в Московский городской военный суд. Секретари судей путем случайной компьютерной выборки выбирают кандидатов на каждый конкретный судебный процесс и присылают будущим заседателям открытки.
Списки присяжных должны публиковаться в "Вестнике мэрии Москвы". Но, как выяснили "НИ", в последний раз они публиковались в мае 2004 года. Это был список присяжных для Московского городского военного суда на 2004 - 2008 гг. В списке, например, не было присяжного Евгения Колесова, который взял самоотвод на процессе по делу об убийстве Анны Политковской, возмутившись, что судья хотел закрыть процесс, сославшись на желание присяжных. Г-н Колесов сообщил, что в открытке, присланной ему, говорилось, будто он значится в списке на 2004 - 2008 гг. Проверить наличие фамилии Колесова в списке невозможно: в "Вестнике" он опубликован не был.
"На каждом судебном заседании я заявляю ходатайство о вызове сотрудника суда, чтобы он изложил, в каком открытом источнике опубликован тот список, которым он руководствовался при отборе коллегии, - сообщил адвокат Паршуткин. - Первое время мне в этом ходатайстве отказывали. А теперь уже неизменно появляется сотрудник суда, который говорит, что список секретен. Получается, что отбор заседателей составляет государственную тайну, и эта процедура не может быть раскрыта".
Другие адвокаты подметили, что в разных судах им приходится сталкиваться с тем, что из процесса в процесс "кочуют одни и же лица". "В Мособлсуде на одном из отборов присяжных человек шесть из первой дюжины заявили, что уже участвовали в процессах, и у того же судьи, который собирался рассматривать дело, - вспоминает адвокат Руслан Коблев. - Мы называем таких присяжных "золотым резервом". Я думаю, их подбором занимается аппарат суда. Люди сидят в процессе месяцами, секретари судей наблюдают за их поведением и берут "на заметку". А через год вызывают их в процесс снова".
"Это, как правило, пенсионеры, которые в разных процессах дают разные сведения о своем прежнем месте работы", - рассказала адвокат Светлана Давыдова.
По закону присяжные заседатели имеют право участвовать в процессах через год, но, как говорит адвокат Виктор Паршуткин, "странно, что в многомиллионном городе на отбор является 50 человек, 25 из которых уже были присяжными заседателями". "Самый важный элемент в суде присяжных - отбор кандидатов - находится вне поля зрения сторон", - заключает г-н Паршуткин. - Часть кандидатов - нейтральные люди. Но человек 10 - 12 в каждом процессе специально подобраны. Есть и лидеры. Как правило, один лидер находится в списке с первого по десятый номер, а второй - с 20-го по 30-й. Первый должен быть в основном составе, а второй - в запасе. Судьи хранят их пуще всего, стараясь, чтобы стороны процесса не исключили их при отборе".
Психолог по образованию, 26-летняя Александра Радковская вспоминает о своем участии в суде присяжных. Она оказалась в суде впервые. "В комнате собралось уже человек 50 таких же, как я. Вышла какая-то девушка и сообщила, что мы участвуем в предварительном отборе присяжных. Мы должны заполнить анкеты и ждать. Всех живо интересовал вопрос оплаты. Заполнив анкету, мы узнали, что участие в процессе оплачивается: либо 600 рублей в день, либо компенсация средней зарплаты. Если пройдешь отбор, на работу можно не приходить".
Александру вызвали через два дня. Она участвовала в закрытом судебном процессе, где сотрудника МВД судили за мошенничество. Присяжные его оправдали большинством голосов. "Все проходило очень драматично, - вспоминает Александра. - Я ждала, что придется отстаивать свою точку зрения. Было заметно, что нервничают все. После напутствия судьи началось обсуждение. Обсуждали мирно, никто никого не перебивал. Перечисляли факты, доказательства. Скоро выяснилось, что перевес голосов в пользу обвиняемого. Мы проголосовали, только трое посчитали вину доказанной, но никто никого не переубеждал".
Признав бывшего милиционера невиновным по одной из статей, судья приговорила его к двум годам лишения свободы по другой. Потом Верховный суд заменил этот приговор двумя годами в колонии-поселении. А на днях этого человека опять арестовали - уже по другому делу.
Присяжные часто жалуются, что самыми трудными при вынесении вердикта являются вопросы, поставленные судьей. "Так было в нашем случае, - рассказал один из членов коллегии, оправдавшей подсудимых по делу об убийстве Политковской. - Вопросы были очень длинными. В них содержались и правдивые, и ложные утверждения. А ответить нужно было только "да" или "нет". Мы исходили из презумпции невиновности".
С тем, что судьи "манипулируют" вопросами, согласен и адвокат Мурад Мусаев. "На процессе по делу о приготовлении к взрыву 9 мая 2007 года был интересный случай. Там в обвинении говорится, что подсудимый толкал машину, в которой было оружие. А в опросном листе судья спросил: "Доказано ли, что подсудимый толкал машину?.." - и не упомянул об оружии. Присяжные ответили: "доказано". Но ведь в этом нет никакого преступления".
Профессор-математик Григорий Р. тоже поработал присяжным. Дошел до вердикта. Судебные заседания длились несколько месяцев. Григорию приходилось отменять занятия в институте, где он преподавал. У него были сомнения в виновности подсудимых, и он не скрывал своего мнения от коллег в совещательной комнате. В последний день присяжного вызвал судья и сказал, что выведет его из коллегии. "В суд пришло письмо из какой-то далекой ингушской деревни, - рассказал Григорий. - Там говорилось, что я не могу быть объективным, поскольку знаком с некоей Зоей, которая знакома с мамой подсудимого". Вердикт вынесли без Григория. На его место поставили запасного присяжного. Для оправдания подсудимого не хватило одного голоса.
"Сторона обвинения научилась манипулировать судом присяжных, - уверен адвокат Виктор Паршуткин. - Нужно выйти с законодательной инициативой о введении новой статьи в УК, где была бы прописана ответственность присяжных за нарушение ими запретов, установленных законом. Они не должны разговаривать об обстоятельствах дела с лицами, не входящими в состав суда, собирать сведения, которые не исследуются в суде, скрывать сведения о том, что знакомы с защитником или обвинителем. Сегодня нет статьи, которая способна призвать к ответу присяжных. Присяжными должен становиться самый цвет нации". Если сегодня посмотреть на состав коллегий, то там преобладают пенсионеры и домохозяйки. А предприниматели и научные сотрудники появляются лишь в общественно значимых процессах.